Воскресенье, 23.09.2018, 18:53
Приветствую Вас Гость | RSS
Меню сайта
Форма входа

Патриаршество Никона

1652 г. стал переломным годом «апофеоза православия», когда на несколько лет в Москве установилось двоевластие царя и «великого государя» Никона. Позднее он уподоблял это двоевластие духовному и мирскому мирам и двум светилам: «Солнце нам показа власть архиерейскую, месяц же показа власть царскую <…> такоже и царь: поемлет посвящение, помазание и венчание от архиерея».

С весны 1653 г. Никон, при поддержке царя, начал проводить задуманные им церковные реформы по унификации русских обрядов с греческими. Организаторы реформ стремились закрепить положение князей церкви и повысить ее роль как государственного учреждения. При этом реформы шли под знаком «грекофильства», как увлечения в то время царя и патриарха. Исправление книг и обрядов по новогреческим образцам, принятым и в южнославянских странах, служило укреплению церковно-политических связей России с ними и соответствовало честолюбивым планам Никона стать главой Вселенской Православной церкви.

При Никоне авторитет греческого церковного элемента упрочился. На разошедшегося со сторонниками Вонифатьева, «убежденного» в православии греков, Никона сильно влияли приезжавшие в Москву за денежной помощью греческие иерархи. Он перенес в Россию греческие амвоны, архиерейский посох, клобуки и мантии, церковные напевы, он принимал греческих живописцев и серебряных дел мастеров, строил монастыри по образцам греков, всюду подчиняясь их авторитету перед русской древней традицией.

Понимая Церковь как основу и высший принцип жизни общества, Никон в ее канонике и догматике видел верховные нормы, обязательные и для человека, и для государства. Никон выражал традиционно-русское религиозно-философское мировоззрение, со временем приобретавшее черты исихастско-каппадокийской богословской традиции. Патриарх придерживался христианской антропологии (созданной Василием Великим, Григорием Назианзином, Григорием Нисским, Иоанном Златоустом), свойственной древнерусской книжности. Так, решение вопроса об обожении человека, непостижимости Божией Никоном сопоставимо с антропологией Григория Нисского и выразилось в храмосозидательной деятельности Патриарха как моделировании сакральных пространств Святой Земли (Воскресенский Ново-Иерусалимский монастырь), Афона (Иверский Валдайский монастырь) и образа Христова Креста (Крестный Кийский монастырь).

Но все же, вопреки распространенному сегодня мнению, церковная реформа была не главным делом Никона как патриарха. Гораздо большее значение он придавал осуществлению внешнеполитических планов. Во многом по его инициативе была начата война с Польшей, носившая и религиозный характер. Идея православного царства и защиты православного населения от католической шляхты стала движущей силой этой войны. Воспринятая в русском обществе в результате переосмысления ромейского наследия эта идея была весьма популярной. Некоторые даже высказывали мысль об отвоевании Константинополя у турок, чтобы русский царь занял престол Константина Великого, а патриарх Московский стал вселенским. Таким образом, религиозная идея стала доминантой внешнеполитического курса России, сохраняя влияние, пока совпадала с интересами государства.

Во время польско-литовских походов (1654 - 1656) Алексея Михайловича, когда царь и члены Боярской Думы отправились на войну. Никон оставался заместителем царя и полновластным хозяином в столице. Любое решение внутренних дел и снабжения армии не принималось без его участия. Причем в формуле приговоров имя Никона ставилось на место царя: «святейший патриарх указал и бояре приговорили». От государева и своего имени он объявляет распоряжения приказам и рассылает грамоты к воеводам.

В июле 1654 г. из-за эпидемии чумы Никон уехал из столицы, сохранив контроль за делами. Москвичи посчитали отъезд Никона бегством, но царь одобрил его действия. Тогда же Никон продолжил и церковную реформу, не сразу приведшую к желаемым результатам. Прихожане восприняли изменения обрядов не сразу. Распространение правленых книг дало резонанс в церковной среде, но вначале не вызвало широкого протеста общества.

Политика Никона по отношению к клиру была непоследовательна. Патриарх настроил против себя часть белого духовенства, недовольного самовластием владыки и открыто порицавшего его действия. Недовольство зрело и среди архиереев, чье положение зависело от расположения патриарха. Так Павел Алеппский (сын Антиохийского патриарха Макария, посетивший Россию с отцом в 1654 г.) писал, что Никон тиранил архиереев, архимандритов и священников. А в донесении даже шведов говорилось, что «вся страна ненавидела его».

Многие из порядков Никона объяснимы лишь его личными качествами. В сборнике «Христианиноопасный щит веры» о них сказано: Никон «...точию благочестивыя священенно архимандриты и игумены, и протопопы и попы гонил, а последующих воли его, мира сего мудрование имущих любил, но и тем пакости многи творил». То есть Патриарх в гневе не различал ослушников и преданных ему лиц. О подобном пишет и Павел Алеппский: «Бывает, что он сам [Никон] сжалится над ним [провинившимся] и простит его, но хадатайства ни за кого не принимает, и, кроме царя, никто не осмеливается явиться пред ним заступником». Так не мотивированный гнев Никона вызвал приехавший в Москву сербский патриарх Гавриил, которого Никон «сильно бранил его и запретил даже произносить своими устами слово патриарх. Тот кланялся ему, просил прощенья...».

Неограниченная власть Никона, попытка взять на себя все решения и ответственность вели к вседозволенности и росту подозрительности к своему окружению. Никон любил грубые развлечения, в частности с дикарями из самоедов. Так при приеме греческих гостей, увидев интерес Павла Алеппского к дикарям, Патриарх схватил его за руку «…перед министрами и народом, крикнул дикарей, и, говоря им в шутку, чтобы они съели меня; он хотел посмеяться и пошутить надо мной, а я оробел и сильно испугался». Павел же сообщает, что и дьякона сербского архиепископа «дикари схватили и потащили, причем изорвали на нем в клочья одежду; с трудом освободили его из их рук, только когда Никон дал за него в виде выкупа много рыбы и денег. Бедняга дьякон от страха и испуга проболел долгое время».

По словам Павла Алеппского, «опоздавшие на прием бояре [пока царь был на войне, они были обязаны ежедневно являться на совет к Патриарху] должны были ждать в сенях, иногда на сильном холоде, пока патриарх не давал им особого приказа войти». При входе в палату они (в частности, аристократы-Рюриковичи) должны были кланяться ему в землю, сначала все вместе, и потом еще раз - каждый в отдельности, подходя к благословению.

Методы правления Никона позволяют говорить об авторитарности его деятельности. Патриарх принимал решения единолично и жестко отслеживал их выполнение. Для него были важны не окружающие его люди, не дело, которое он делал, а собственные суждения и настроение.

Нежелание Никона советоваться и объяснять мотивы действий привели к нежелательным последствиям и его реформ, требующих обоснования для священства и паствы. По сути, церковная реформа 1653 - 1658 гг. перевела с обиходного на событийный уровень культуры весь реформированный церковный обряд, церковные и монашеские одежды, музыку, живопись, закрепленные авторитетом церкви обычаи и традиции, богослужебные книги. Спор традиционалистов и реформаторов-никониан перенесся на болезненную для сознания того времени почву церковной догматики и принял формы борьбы никониан-реформаторов с защитниками старой веры.

Так в русской церкви возник раскол, после чего светские и церковные власти начали жестоко преследовать старообрядцев-традиционалистов, среди которых было много бывших друзей и единомышленников патриарха по кружку «ревнителей благочестия». 

- Курсовые работы на заказ

Поиск

Яндекс.Метрика